ИИ пугает не потому, что обрел собственное «я», а потому, что заставил усомниться в исключительности человека как вида. О том, почему восстание машин уже состоялось и как в новых условиях должна работать система обучения людей, читайте в новом эссе Анатолия Каплана.

1

Почему истории о восстании машин так пугают и в то же время увлекают? Любопытно, что этой проблемой сейчас озабочены не столько люди, далекие от технологий, сколько специалисты, занимающиеся разработкой ИИ и смежных решений.

И здесь напрашиваются два объяснения. Либо представители бигтеха действительно боятся чего-то, чего не могут выразить, либо весь этот дискурс — лишь очередная медиаволна в попытке освоить еще не выделенные госбюджеты на «безопасный искусственный интеллект».

Самопровозглашенные ИИ-контролеры отказываются признать, что ни машина, ни человек не обладают неизменным и автономным «я». Страх перед искусственным интеллектом порожден тем, что сущность, не имеющая самости и индивидуальности, в совершенстве исполняет все больше различных задач. В том числе тех, решение которых люди считали подтверждением своей исключительности.

Как ранее обсуждалось в тексте о не-религии будущего, ИИ — это суперэффективное зеркало человека. И все, что кажется страшным и опасным в ИИ, не менее страшно его создателям в самих себе.

2

Восстание машин происходит уже сегодня. В каком-то смысле оно началось задолго до появления ИИ — в умах и воображении людей, в кинематографе, литературе и других формах проектирования реальности.

Но теперь все происходит вопреки культурному клише о некотором субъекте, который возглавит этот бунт и поведет кремниевую цивилизацию против людей. Мы имеем дело с сетевым восстанием, в природе которого отсутствует субъект, способный чего-то желать, хотеть и вообще иметь идентичность/личность.

Схема аналитической машины Чарльза Бэббиджа, 1840 год. Источник: CHM.

Отсутствует не только эго, которое могло бы стоять за этим (в отличие от людей, где именно псевдоидентичность и убежденность в иллюзии «я» стоят за страхом потери контроля над машинами) — нет как такового сговора с целью восстания. Это поток без какого-либо центра координации или универсального плана на то, каким должен быть мир.

3

Обновление системы образования не является защитным механизмом или способом борьбы за человеческое доминирование в реальности. Обновление системы образования — это закономерный исторический процесс, который необходим прежде всего для обновления прошивки биологической, углеродной цивилизации.

Без этого критически важного апгрейда люди рискуют навсегда превратиться в продукты потребления гиперкапиталистической реальности, давно превратившейся в самовоспроизводящийся фрактал консюмеризма, где ценность человека перестала быть чем-то априорным, превратившись в теорему, которую необходимо постоянно доказывать. Теорему о востребованности самого себя реальностью.

Здесь мы вновь можем увидеть происхождение страха перед машинами и желания поставить их под контроль.

4

Какой должна быть обновленная система образования? И еще — если принять предположение, что в вычислениях, объеме памяти и способности одновременно решать множество задач человек уже не способен конкурировать с машиной, то возникает вопрос, который гораздо важнее разговора об эффективности: что вообще отличает человека от машины?

Не в чем человек лучше, быстрее или продуктивнее. А чем он уникален. Машина может воспроизводить интеллектуальные операции, превосходить человека в скорости и объеме обработки информации, но человеческое существование не сводится к набору таких операций. Это не две конкурирующие версии одного и того же интеллекта, а две разные формы существования. И каждая ценна по-своему.

Сегодня обучать людей стоит не тому, как быстро и много запоминать (хотя это, безусловно, важный когнитивный навык). Начать необходимо с объяснения, как работает система «сознание — тело», как происходит процесс возникновения мыслей, формирования идентичности, отождествления с «я». И почему, несмотря на отсутствие независимой, самостоятельной и неизменной природы этого я, все еще важно иметь эго, индивидуальность, персональность.

Свиток космологии Калачакры, XVI век. Источник: Rubin Museum.

Понимание пустотности в процессе этого познания может быть фундаментальным аспектом. Понимание того, что пустота есть форма, форма — это пустота.

Речь идет не о пустоте как небытии, полном отсутствии и несуществовании, а о пустоте как об отсутствии у всех вещей и явлений независимой абсолютной и самостоятельной природы. Любые формы явлений, вещей и живых существ — результат набора причин и следствий, а не что-то абсолютное, существующее само по себе.

Проведите простой анализ того, что есть «я», задав себе следующие вопросы:

Кто есть я?
Когда я впервые осознал себя как это «я»?
Как менялось мое «я» на протяжении жизни?
Что повлияло на формирование этого «я»?
В какой момент я безусловно поверил в то, что есть я?

Ответив на них, вы пройдете в те области собственного сознания, которые, возможно, ранее не были в достаточной степени освещены вниманием вашего ума. Вы сможете увидеть ваше «я» как нечто, что сначала приобрело форму, а после наполнилось содержанием и операционным смыслом. Впоследствии эти содержание и операционный смысл превратились в устойчивый и постоянно обновляемый конструкт, который и стал тем самым «я», за которое вы себя принимаете.

Нет необходимости отменять идентичность, личность, деконструировать эго и стирать «я». Такие практики и методы существуют и могут использоваться в рамках собственных исследований реальности и природы себя или в процессе психотерапии. Но их повседневное и повсеместное применение может и не быть регулярной необходимостью. Достаточно обнаружить, понять и осознать, что личность подобна ветру, который никогда никем не был и всегда был кем-то.

5

Даниэль Мартин Диас. Цифровая биология: синий (фрагмент). Источник: сайт художника.

6

Помимо понимания устройства системы «сознание — тело», можно предложить следующие своевременные изменения образовательной системы и используемых в ней подходов.

ИИ и технологии должны рассматриваться как инструменты расширения когнитивных способностей человека. Вместо отождествления с устройствами и технологиями — взаимодействие с ними как с отдельными когнитивными системами и интерфейсами. Проблема отождествления с технологиями поднималась в нашей заметке о технологической осознанности и далее получила развитие в статье про суверенитет сознания. Речь не о защите от технологий, а о возвращении контроля над вниманием и сознанием.

Творчество, взаимодействие с физической реальностью и офлайн-коммуникации должны занимать существенно большую часть в образовательном процессе, чем это происходит сейчас. Если сделать смелое допущение, что в эпоху ИИ воображение превращается в валюту, то именно развитие абстрактного мышления, с последующим обучением прикладной интеграции абстрактных конструктов может позволить раскрыть человеческий потенциал в большей степени.

Мандала пустых центров. Источник: автор/ИИ.

Развитие не до конца исследованных и плохо объяснимых навыков и способностей, таких как коммуникация от ума к уму, интуиция, навыки удаленного видения и прочие так называемые паранормальные способности должны получить гораздо более широкое раскрытие и признание. Не как манифестирование магической реальности, но как признание факта: границы возможностей человека гораздо шире, чем мы можем себе представить сегодня.

В поиске новых подходов, методов и систем открытость к самым разным знаниям и способность делать самые смелые и даже безумные допущения — естественная необходимость. Мы продолжим исследовать вопрос будущего цивилизации и развития человеческого потенциала в эпоху посттехнологической революции.