Лучшие страны для криптобизнеса в 2026 году: выбор экспертов

Криптокомпании выбирают страну не по одной налоговой ставке, а по совокупности условий. Бизнес интересует, какие лицензии выдает регулятор, откроют ли счет в банке, не станет ли юрисдикция источником санкционных рисков.

Редакция BeInCrypto попросила опытных экспертов поделиться мнением о том, в какой стране к 2026 году созданы лучшие условия для развития криптоиндустрии.

Три юрисдикции с проработанными правилами

Николай Загвоздкин, директор по развитию продукта Крипто в РБК выделяет три страны — ОАЭ, США и Швейцарию.

По совокупности условий для международной криптокомпании на первое место наш собеседник ставит Эмираты. Там работает отдельный регулятор, который контролирует рынок и на основной территории страны, и в свободных зонах, а лицензии выдает не на работу с криптовалютами вообще, а на конкретные направления: биржевую торговлю, брокерские услуги и другие.

Многие криптобиржи держат в ОАЭ штаб-квартиры или как минимум офисы. С января 2026 года там действует отдельный режим для фиатных стейблкоинов, с апреля 2026-го — правила предоставления услуг стейкинга. Дешевым офшором страна при этом не является: для деятельности нужен довольно большой уставный капитал.

«Преимущество страны не в отсутствии требований, а в том, что, выходя на этот рынок, ты заранее понимаешь, какие продукты можно запускать и сколько это будет стоить», — объясняет Николай Загвоздкин.

Вторая юрисдикция в его списке — США, где законодательство развивается активно, потому что страна хочет стать глобальным игроком. Genius Act уже принят, Clarity Act — на подходе. Криптоиндустрия в США связана с традиционной финансовой системой. Действующий президент интересуется криптой, а масштаб рынка виден по количеству компаний, которые там развиваются.

Среди недостатков США Николай Загвоздкин называет распределение полномочий между SEC и CFTC, банковскими регуляторами и властями конкретных штатов, а вход на рынок остается дорогим — правда, вместе с ним проект получает доступ к крупнейшим фондам, банкам, биржам и публичному рынку капитала. Требование к уставному капиталу в ОАЭ он тоже описывает как плату за предсказуемость, а не как барьер сам по себе.

Замыкает тройку Швейцария, где, на первый взгляд, созданы лучшие условия для токенизированных ценных бумаг, цифровых облигаций и институционального хранения. Блокчейн встроили в существующее финансовое право: в марте прошлого года регулятор выдал компании BX Digital первую в стране лицензию полноценной торговой площадки на основе распределенного реестра, которая позволяет банкам и другим регулируемым участникам торговать токенизированными бумагами и проводить последующие расчеты. Самый показательный пример — проект Helvetia, в рамках которого Национальный банк Швейцарии предоставляет цифровые деньги центрального банка для расчетов по токенизированным активам на одной из бирж.

Не все так однозначно

Михаил Успенский, управляющий Parallax, считает, что идеальных юрисдикций не бывает. Плюсы и минусы, по его словам, проявляются в разных аспектах и на разных этапах жизни проекта. Компании из страны, где лицензия на криптообмен не нужна, порой попросту невозможно открыть банковский счет. Там, где действует выгодный налоговый режим для криптоарбитража, может быть запрещено приобретение цифровых активов вне этой юрисдикции. Часть стран не готова работать с россиянами из-за санкционных рисков, а в ряде других операции прямо запрещены без дорогостоящей лицензии.

Что в итоге

Универсального ответа нет. Выбор юрисдикции упирается в конкретный проект. Николай Загвоздкин считает, что все зависит от модели бизнеса и в каждом случае может быть выбрана своя страна. При этом наш собеседник назвал трех лидеров: США, ОАЭ и Швейцарию.

«Оптимальной юрисдикцией для криптопроекта является та, которая в большей степени учитывает его особенности», — считает Михаил Успенский.

Читать статью на BeInCrypto